Максим Саваневский, автор watcher.com.ua, дебютировал в блогах на «Украинской правде» с обзором развития УАнета за последнее десятилетие. Среди довольно оптимистичных заявлений о росте и проникновении нашлось место и пессимизму:
Кількість користувачів інтернету в Україні за 10 років зросла в 15 разів. Аудиторія росте, час проведений українцями в мережі росте, але український бізнес вперто не хоче нести свої гроші в інтернет. У нас катастрофічно малий ринок інтернет-реклами. На середньостатистичного інтернет-користувача у нас тратиться в 8-10 разів менше рекламних грошей, ніж в сусідній Росії.
Нема грошей українського бізнесу – нема українських сервісних та контент-проектів. Більшість сайтів, якими користуються українці, є або міжнародними гігантами (google, wikipedia, youtube) або російськими (вконтакте, мейл.ру, яндекс).
З 10 найвідвідуваніших українцями сайтів в 2010 році, лише один український. І в перспективі ближчих 2-3 років, ймовірно, що в 20-ці не залишиться жодного «нашого». В схожій ситуації перебуває, наприклад, Канада, де в 10-ці жодного канадського сайту. Канада, як і ми, потерпає через відсутність мовних бар’єрів з великим сусідом. У них під боком США, у нас – Росія.
Якщо нічого не зміниться (а жодних передумов для змін за 10 років не з’явилось), українські рекламні бюджети будуть й надалі годувати російські та американські сайти. Але з цим, певно, треба змиритись, бо в світовому інтернеті вже давно почався процес глобалізації.
Во-первых, что не так с нашим бизнесом? Чего он такой упрямый, как об этом пишет Максим, и несет в интернет в 10 раз меньше денег, чем российский? Причины тому есть, но вряд ли именно бизнес в этом виноват.
Прежде всего, давайте не забывать, что любые оценки оборотов интернет-рекламы в Украине — это оценки, а не статистика. В действительности, учитывая серость рынка (в смысле учета и прозрачности), оценки скорее сильно занижены.
Помимо этого, рынок интернет-рекламы — это следствие, а первопричина — аудитория. Ее бурный рост пришелся не на начало 2000-х, как в США, не на середину, как в России, а на практически самый конец — 2008-2009 годы. Именно поэтому рынок интернет-рекламы в других странах перестал удваиваться каждый год, как он это делал в России еще до кризиса, а у нас, похоже, все еще впереди.
И, наконец, упорно повторяемая мантра про украинские проекты, конечно, делает честь патриотизму произносящих ее, но уже немного делает этот патриотизм квасным. Дело не в том, что большие проекты большого соседа устраивают неравную конкуренцию украинским. Дело в том, что создание современных интернет-проектов требует массы ресурсов, как материальных, так и интеллектуальных. В мире гораздо больше стран, умеющих запускать космические корабли, чем стран, построивших интернет-поисковики. Вся Европа, несмотря на ощущение собственной идентичности, языковые барьеры и массу других объективных причин, пользуется американскими сервисами и ситуация никак не меняется уже лет десять, несмотря на горячее желание как пользователей, так и Евросоюза.
Но при этом совершенно не учитывается обратная сторона процесса — ни один глобальный проект не может себе позволить сейчас быть одним для всех. Как не малы были бы барьеры между большим «неукраинским» проектом и украинской аудиторией, перешагивать их приходится именно проектам, а не аудитории. Надо находить локальные сайты в поиске, понимать язык аудитории, знать адреса местных магазинов и маршруты по местным улицам. Поэтому очень странно слышать фразы про «кормление украинскими бюджетами российских и американских сайтов», зная, что эти самые сайты очень немаленькие ресурсы тратят на то, чтобы быть полезными именно украинским пользователям.
Кстати, интересно, по каким данным у Максима получился 1 украинский сайт в десятке? Если по данным InMind, то первый украинский сайт я вижу на 12-м месте и я бы не гордился этим достижением.
