Наблюдения атеиста

Я не то, чтобы склонен размахивать своим отношением к религии, но никогда не скрывал, что я совершенно неверующий, некрещенный человек. Храм, церковь, собор для меня — это памятник истории, культуры человечества, я часто и с удовольствием слушаю орган в католических соборах. Евангелие, Коран и остальная религиозная литература — памятники культуры, исторические документы, захватывающие сюжеты, а рок-опера “Иисус Христос Суперзвезда” и “Мастер и Маргарита” — любимейшие произведения искусства.

Я при этом понимаю, что другие люди искренне верят в бога, каждый в разного, выполняют ритуалы, принимают определенные правила за принципы своей жизни — это нормально, это жизнь человеческая и всего общества. И вообще я стараюсь не судить то, как религиозность, в том числе, показная, отражается в поступках людей.

Но вот встречаются факты, которые я все равно не могу объяснить ни логикой, ни религиозностью, ни наличием каких-то загадочных правил, недоступных непосвященным. Объясните мне, почему на данный момент ровно две организации совершенно одинаково промолчали по поводу трагедии в Мариуполе — Украинская православная церковь Московского Патриархата и Министерство иностранных дел РФ?

Или, может, это ровно одна организация?

Возлюбленные мои мариупольцы!

Сегодня вся страна скорбит по жертвам варварской бомбардировки мирного города российскими наемниками. Сегодня вся Украина мыслями и чувствами с вами. Мы вас не оставим — ибо вы и есть Украина. Как же можно оставить себя? Мы вместе и мы на своей земле. А против нас — безродные варвары-манкурты, у которых никогда не было страны и которые никогда не будут народом.

Пусть минута молчания оглушит нашей скорбью и ненавистью всех врагов нашей страны. Мы все — Украина!

Поддержка IT и Беларусь

Вдогонку вчерашней дискуссии — мнение Романа Хмиля, одного из основателей Ciklum:

Категорично не згоден!
Двадцять років тому економіка України була в 2 рази більшою за польську. А сьогодні різниця в 10 разів не на нашу користь.
ІТ індустрія в Білорусі зростає на 100% кожен рік, а у нас лише на 30%. Що ми будемо казати людям, коли за 10 років ІТ сектор Білорусі дожене і пережене Україну?

Проблема, которую, возможно, не видит Роман — а может, он ее не видит в силу своей связанности именно с аутсорс-разработкой, — заключается в том, что, с одной стороны, действительно, в Беларуси существует поддержка IT-отрасли в виде Парка Высоких Технологий — это такая специальная экономическая зона для IT-компаний, куда на определенных условиях могут попасть желающие и получить очень льготные условия для налогообложения. И действительно, благодаря этому образованию за некоторое время сложилось немалая группа компаний, активно развивающихся и даже заметных за пределами РБ — те же Wargaming тому пример.

Но с другой стороны, если вы, посетив Беларусь, попадете не в это специальное место, а, скажем, на конференцию про интернет, вы не заметите ровным счетом ничего. Вы даже не догадаетесь о том, что где-то рядом существует такая мощная тусовка людей — её существование никак не отражается ни на интернет-проектах, ни на повседневной жизни страны. Это вещь в себе — этакая система валютных магазинов “Березка”, где всё было за валюту, но которая никак не отражалась на экономической жизни советского народа.

Не могу не отметить, что аутсорс-компании в Украине тоже часто напоминают эту картину. Но вряд ли создание такого оазиса подходит Украине в целом.

И опять про поддержку IT государством

Я уже писал почти год назад на эту тему. А на этой неделе на эту же тему высказался Дима Шимкив:

Я никогда не был сторонником специальных условий для IT-отрасли. Этот вопрос, как правило, лоббируют аутсорсинговые компании, которые пытаются снизить налоговую нагрузку на зарплатный фонд. С точки зрения государства будет неправильно отдавать предпочтение какой-то одной индустрии. Но, думаю, IT-индустрия будет хорошо развиваться и сама по себе, отрасль показывает неплохую динамику.

2015 год — это не год создания специальных льгот. Сегодня у государства нет ресурсов на создание специальных условий для R&D. Учитывая бюджет на нынешний год, рассчитывать на какие-либо специальные государственные фонды в поддержку стартапов или R&D — иллюзия. Чтобы что-то инвестировать, нужно чтобы было, что инвестировать. А у нас не хватает денег даже на ключевые вещи.

История про то, что без льгот мы встанем и уедем… Ну, вставайте и уезжайте. Я вот не уехал, хотя мог. Если есть IT-бизнесмены, которые хотят встать и уехать из-за отсутствия льгот в стране, которая находится в состоянии войны и борется за свою независимость — мы не вправе их задерживать.

Но если и будем инвестировать в R&D, то только в части оборонной промышленности. Это действительно есть в планах. Я считаю что здесь хайтек очень интересен — опыт Израиля, Турции и Эстонии это подтверждает.

В комментариях на АИНе, разумеется, творится вакханалия рациональных “патриотов” — ну, таких, которые, видимо, родину выбирают по налоговым льготам. Рад отметить, что как раз люди, делом доказавшие весомость своего мнения, Диму поддержали — и Ольга Белькова, и Денис Довгополый.

Есть здесь и еще один аспект. Поддержка отрасли не может быть бессмысленной. В очень простом виде господдержка выглядит в глазах людей либо как большой госзаказ (про это как раз Дима говорит, что государственных инвестиций нет, поскольку нет денег, кроме, разве что, оборонного заказа), либо снижение налоговой нагрузки на бизнес. Вот это второе обычно иллюстрируется тезисом про то, что 1% от миллиона больше, чем 30 процентов от 10 тысяч и, мол, государству в любом случае выгодно. Но самая простая арифметика показывает немного другое — 1% от 100 тысяч меньше, чем 30% от 10 тысяч, правильно? Зачем, в таком случае, стимулировать то, что дает в сумме меньше денег?

Несколько лет назад, в начале весны 2009 года я много общался с одним агентством, которое очень просило увеличить скидки на рекламу на Яндексе, рассказывая, что кризис, клиенты требуют снижать цены, иначе ничего не купят. Я же, посмотрев на результаты пары месяцев, задался вопросом — и задал его агентству, — “А зачем торговать себе в убыток?”. Скидки очень сложно отыграть назад, это хорошо известный факт. Если в данный момент по какому-то направлению деятельности клиенты не платят справедливую цену по тем или иным обстоятельствам — то в любом случае развивать его, не заботясь об экономическом эффекте сейчас и в будущем, — это просто способ сжечь деньги, скорее всего, не получая результата.

Давайте переложу аналогию на IT — устраивать господдержку отрасли просто для того, чтобы эта отрасль типа существовала бессмысленно. Можно сколько угодно гордиться украинскими разработчиками, но на данный момент подавляющее большинство оформлены по разным схемам — как набор СПД, например, — и платят гораздо меньше налогов, чем должны были бы платить. Если вообще платят.

Про национализм и ограниченность лексикона

Прочитал на DOU чудесное — “О языковом и платформенном национализме”:

Патриотизм — это когда ты покупаешь Apple, потому что любишь качественную сборку, круглые иконки и вкусные шрифтцы. Патриотизм — это когда ты работаешь в Ubuntu, потому что считаешь, что это самая удобная для тебя платформа. Патриотизм — это когда на новом проекте есть выбор, какую IDE использовать, и ты тихонько инсталлируешь у себя на компе IDEA или Netbeans — потому что они стоят у тебя дома, потому что ты к ним привык и считаешь самыми кайфовыми. Для себя.

Национализм — это когда ты советуешь всем своим друзьям iPad, потому что веришь, что Стив Джобс был богом дизайна и что за всё следует платить (привет Android-нищебродам). Национализм — это когда ты подсаживаешь всех своих друзей на Ubuntu не потому, что это самая удобная система, но потому что хочешь, чтобы они страдали, как и ты. Национализм — это когда ты, пользуясь положением и сурово сведенными бровями, даешь всем понять, что на проекте все будут использовать Eclipse. И точка. Возможно, такой подход и имеет смысл, когда нужно наставить на путь истинный заблудшую душу неискушенного юзера или джуна, но навязывая свое мнение, мы не учим человека самостоятельно рассуждать. Скорее наоборот.

Лучами добра и радости осветится лицо Java-националиста, когда коллега примет его веру, и пускай и не начнет писать на джаве, но хотя бы прочтет по ней какую-нибудь книгу. Java-патриоту в аналогичной ситуации будет все равно — он выбрал этот путь для себя, а не для остальных. В этом и разница.

Бытует мнение, что язык определяет сознание и наоборот. В английском языке нельзя сказать “синий”, поэтому приходится использовать “deep blue”, параллельно намекая на глубокую грусть автора. Автору текста по ссылке незнакомо слово “шовинизм” — поэтому он мешает в одну кучу всё, до чего смог дотянуться, хотя сама аналогия выглядит очень спорной. Слова “патриотизм” и “национализм” вообще-то обозначают близкородственные понятия, а тут они вообще непонятно к чему употреблены.

Глупость текста становится очевидной, если перевернуть метафору и применить толкование автора к исходным понятиям. Получается, патриотизм — это когда ты выбираешь, где платить налоги, руководствуясь красотой пейзажей, чистотой на улицах и свежестью продуктов в магазинах? Как-то не очень удивляет, что подобные выверты сознания случаются именно у аудитории DOU, а состояние организмов утром после праздников лишь увеличивает эффект.

Перепрошить автомобиль и разогнать(ся)

Кажется, нас ожидает очередной слом стереотипов. Tesla объявила о выпуске бесплатного обновления ПО своих моделей Model S 85D и P85D, после установки которого автомобиль улучшит показатели разгона и увеличит максимально возможную скорость — с 210 до 250 км/час.

Строго говоря, обновление прошивки автомобиля — штука не такая уж новая. С тех пор, как в автомобилях появились бортовые компьютеры, управляющие среди прочего и режимами работы двигателей, вероятно, многие модели поддерживают обновление их ПО. Но вот так запросто, по wi-fi, получить прошивку, меняющую поведение автомобиля — это, все же, мне кажется, совсем другое.

Правда, не будем забывать об обратной стороне вопроса. Когда ждать вирусов и руткитов?

Майдан в России или судьба империй

Последние дни, после вынесения в России приговора Навальным и схода на Манежной площади в Москве, пришлось прочесть массу комментариев — это, мол, начало Майдана, нет, это и близко не Майдан, нет, это начало чего-то другого, ибо Майдан в России невозможен, да что вы хотите, там всё не так, как в Украине. Ну, любой желающий весь этот спектр мнений может наблюдать в любом количестве.

Среди всей этой массы комментариев легко проследить достаточно распространенное заблуждение — что Майдан, что бы  не подразумевать под этим понятием, способен серьезно изменить вектор развития России, сделать ее демократической и прогрессивной, изменит характер её внешней политики. Заблуждением это является потому, что, по большому счету, всё это — малосвязанные друг с другом вещи. Не стоит упражняться в пророчествах — история человечества вообще и различных империй в частности даёт достаточно материала, чтобы понять, что подобные процессы происходили много раз, всегда они развивались по определенным закономерностям и нет совершенно никаких оснований полагать, что в этот раз что-то изменит эти закономерности.

История империй совершенно однозначно демонстрирует, что ни разу массовые протесты (а они пока даже не очень массовые) в столице не приводили к изменению государственного устройства империи. Даже Великая Французская революция 1789 года, перевернувшая исторические процессы всей Европы, не положила конец существованию французской колониальной империи. Демократическое устройство тоже никак не влияет на процесс развития империи — Рим начал свои завоевания еще в статусе республики, с консулами и сенатом, впрочем, Нидерланды вообще всю империю построили руками торговцев и в статусе республики.

Массовые протесты в столице, как нам подсказывает история, например, Османской империи или того же Рима, могут привести к смене правящей власти, первого лица. Впрочем, повторю, они для этого должны быть массовыми. И они, при этом, скорее всего, не приведут к ослаблению центральной власти. А, следовательно, ничего особо не изменится — как не изменилось от замены Путина на Медведева и обратно, как не менялось от смены султанов в Османской империи или императоров в Риме.

Предположим, протесты станут настолько массовыми, что серьезно ослабят правящую власть. Пусть они еще будут распространяться по всей территории страны. История знает массу подобных примеров, но наиболее вероятное следствие такого ослабления — отнюдь не резкая смена направления развития страны, а начало процесса распада империи. В каждой отдельной части страны процессы будут развиваться по-разному, везде региональные элиты будут вынуждены проявить определенную самостоятельность, защищая свое положение и неизбежным результатом этого будет стремление проявлять эту самостоятельность и дальше. Тут даже далеко в историю ходить не надо — всем памятен парад суверенитетов 90-х в той же самой России.

Вариант, при котором массовые протесты на громадной территории одинаково сильно потрясут государство, принудят власть к смене и равномерно на всей же территории приведут к выработке демократических норм функционирования общества и государства — это фантастика. По теории вероятности, даже броуновское движение молекул может привести к тому, что все молекулы воздуха соберутся в одной половине комнаты, создав в другой половине вакуум, но вероятность этих двух событий примерно близка.

Это не значит, что протесты бесполезны, вредны — нет, при всей их внешней безуспешности, свою роль они играют. Но вот взаимосвязь между нынешним выходом на Манежную площадь и будущим демократическим государством на территории России настолько тонка, что кого-то может скорее разочаровать, а не воодушевить.

Сан-Франциско — такси наносят ответный удар

Один из водителей, который тесно сотрудничает с Uber и Lyft, анализирует в своем блоге, как политика этих двух компаний и ответные акции служб традиционного такси привели к неприятному эффекту — подавляющее большинство клиентов в новогоднюю ночь предпочли передвигаться на такси, общественном транспорте или даже просто идти пешком (что, кстати, не так уж сложно в Сан-Франциско, если не считать холмистую часть города). Если коротко, традиционные такси вместо того, чтобы поднимать цены в новогоднюю ночь, напротив — зафиксировали их на уровне $10, как это сделали Flywheel, а на Luxor Cab благодаря спонсорству одной юридической компании можно было проехаться бесплатно. Конечно, на очень длинные поездки это ограничение не действовало, но накатать $50 или даже $35 по Сан-Франциско не так уж просто.

Не знаю, что делал Lyft, но Uber умудрился сделать нечто странное — я, как пользователь, впервые зарегистрировавшийся в Сан-Франциско, получил от него письмо с предложением не вызывать машину через сервис в период с половины первого до половины третьего ночи, поскольку в это время будут действовать самые высокие цены. Неудивительно, что в коллекции отзывов водителей маловато комплиментов в адрес сервиса.

Выводы можно сделать разные. Не буду впрямую сравнивать работу такси — она сильно отличается даже в разных городах, не говоря уже о разных странах, — но мне это кажется хорошей иллюстрацией того, что никакая самая победоносная идея не может оставаться неизменно победоносной долгое время. Чтобы оставаться на месте, надо бежать. Тем более, что знаков недовольства концепцией surge pricing уже было более чем достаточно.

Palm: иногда они возвращаются?

Интересная новость — на западном ресурсе webOSnation пользователи раскопали, что бренд Palm, по всей видимости, продан компанией HP странной компании Wide Progress Global Ltd. Что это за компания — никому не известно, но человек, который в ранге вице-президента этой компании подписывал документ о покупке бренда, одновременно занимает должность президента американского подразделения компании Alcatel Onetouch.

Вывод, что странная компания является прокладкой и фактически именно Alcatel приобрела известный в прошлом бренд, кажется вполне логичным. В мире смартфонов Alcatel особо не отличалась ничем — впрочем, как и в мире телефонов, где лично мне запомнились исключительно бюджетные модели со своеобразными интерфейсами. Может, им надоело сидеть во второй лиге и они решили попробовать прорваться?